Мы посчитали: из 365 дней 177 алматинцы наполняют свои легкие воздухом, чьи значения загрязнения выше, иногда и в несколько раз, допустимых. При этом, практически все грязные дни приходятся на отопительный сезон. Найти в этот период чистый район в Алматы практически невозможно — город все время под темно-серым щитом из смога.

Согласно исследованиям, каждый третий алматинец страдает заболеваниями дыхательных путей. Это почти 640 тысяч человек — больше населения Актобе, четвертого по численности населения города в Казахстане.

Проблема смога не первый год беспокоит алматинцев. К июню этого года интернет-петицию о признании смога основной проблемой города подписали более 30 тысяч человек.

Мы поговорили с экологом и урбанистом, чтобы посмотреть на проблему с разных сторон и понять: как и что делать дальше?

Найти все материалы спецпроекта Tazastan можно здесь.


Насиба Байматова

эколог, старший научный сотрудник лаборатории «Экология биосферы» Центра физико-химических методов исследования и анализа


Об истоках, типах вредных частиц и о том, отличается ли смог в разных странах

Говоря о загрязнении воздуха, чаще всего упоминают взвешенные частицы (PM — Particulate Matter — Прим. ред). Они — продукты неполного сгорания любого топлива. Такие частицы мелкодисперсные и легко проникают в организм человека, вызывая ряд болезней: от недомогания и аллергии до онкологии. Но это не единственные загрязнители.

Например, NO2 и NO — это оксид и диоксид азота, диоксид серы SO2. Они образуются в результате горения: как из выхлопных газов, сжигания твердого топлива (уголь), так и в результате деятельности предприятий. Некоторые образуются даже при сжигании листьев и курении сигарет. Есть летучие органические соединения (ЛОС — Прим. ред) — они образуются и в природе в результате жизнедеятельности растений, бактерий, и в результате процессов горения жидкого и твердого топлива. Эти соединения в Казахстане, к сожалению, не изучаются, хотя порой они более токсичны и многие из них — канцерогены. К тому же, не все соединения можно измерить датчиками — для измерения ЛОС, например, нужны более сложные методы анализа, передвижная лаборатория, стоимость которой — 300 миллионов тенге.

Если загрязненной водой кто-то отравится — ее перестанут пить. С воздухом так не получится


Если загрязненной водой кто-то отравится — ее перестанут пить. С воздухом так не получится

Основной параметр, на который ориентируются при мониторинге вредных частиц — показатели ПДК (предельно-допустимой концентрации — Прим. ред). Превышение ПДК означает риск заболеваний, негативное воздействие на организм, сокращение жизни человека. У каждого соединения устанавливается своя ПДК. В Европе и Америке требования гораздо выше, чем в Казахстане. Например, ПДК (среднесуточная) PM2.5 в Казахстане — 35 мкг/м3, а по нормам ВОЗ — 25 мкг/м3. Какие бы частицы у нас не были найдены — тревогу не бьют, потому что они не достигают ПДК, установленной в Казахстане. Сам смог может отличаться по концентрациям соединений, но природа у него почти всегда одна — деятельность человека. В Алматы практически нет не антропогенных источников загрязнения воздуха, вулканов, например.

Загрязнение опасно тем, что вне зависимости от пола и возраста, все дышат одним воздухом. Если загрязненной водой кто-то отравится — ее перестанут пить. С воздухом так не получится, это один из самых сложных объектов для контроля и анализа.

Как-то предлагалась совсем утопичная идея — просверлить в горах дыру, чтобы продуть все загрязнители


Как-то предлагалась совсем утопичная идея — просверлить в горах дыру, чтобы продуть все загрязнители

О ситуации в Алматы: ТЭЦ, городские власти и причины смога

По данным акимата Алматы, выхлоп транспорта — основной источник выбросов в городе. Главный источник выбросов каких соединений? Тот же CO, который вносят в общий расчет источников, менее опасен, чем некоторые другие соединения.

Основные загрязнители воздуха— это продукты сжигания какого-либо топлива. Сказать, что альтернативные источники отопления (газ) не выбрасывают никаких загрязнителей — тоже нельзя. Выбросы есть, но они ниже. Уголь не самый плохой вид топлива, но тот, что сейчас используется на ТЭЦ-2 — Экибастузский высокозольный — в основном не сгорает, а выбрасывается в атмосферу. Осложняет ситуацию отсутствие многоступенчатых систем очистки.

Географическое расположение города на уровень загрязнения влияет, но это не оправдание бездействия. Географическое положение в сочетании со значительным изменением высоты приводит к температурным инверсиям. Неконтролируемые застройки и изменение городского ландшафта, в свою очередь, также усложняют поток воздуха и розу ветров. Как-то предлагалась совсем утопичная идея — просверлить в горах дыру, чтобы продуть все загрязнители.

В Алматы воздух сильно делится по районам. Зимой, когда уровень загрязнения выше, превышения норм наблюдаются практически везде, однако летом — в основном в нижней части города. Как раз там, где расположены ТЭЦ-31 и ТЭЦ-2. Бывало, что в зимний период значения PM2.5 достигали 250 мкг/м3 при установленном ВОЗ уровне в 25 мкг/м3.

Еще одна причина смога — отопление частного сектора, который практически весь живет за счет угля, а иногда и мусора с резиной. Поэтому просто очищать воздух постфактум, когда источник загрязнения работает как прежде, — нецелесообразно.

Об инновациях и возможных путях решения экологической проблемы

Чтобы улучшить экологическую ситуацию, нужны следующие изменения:

Перевод ТЭЦ на газ. Подобный опыт применили в Пекине, который долгое время занимал лидирующие позиции по уровню загрязнения воздуха. С 2014 года согласно программе «Война за чистый воздух» запрещено сжигать любой уголь. Состояние воздуха улучшилось.

Улучшение качества угля. Взять не 40 % зольности, а 20 %. Не скажу, что это наполовину уменьшит выбросы, но улучшит ситуацию минимум в 1,5 раза. Тем не менее переход на газ значительно эффективнее.

Установка многоступенчатых систем очистки на ТЭЦ. Так, даже если они и продолжат работать на угле, выбросы значительно сократятся.

Сортировка мусора. Сжигать его особого смысла нет. Лучше переработать, дать ему вторую жизнь и использовать повторно. То же самое относится к стеклу. Если продолжать просто сбрасывать мусор в кучи, то гниющие продукты будут вызывать парниковые газы. А если мусор синтетический, пластик к примеру, то он останется на этом месте на 450 лет.

Швецию сортировка довела до того, что им уже сжигать нечего. Там каждый ребенок знает, куда какую обертку выкинуть. Это преимущество маленьких стран — им негде складировать полигоны мусора.

Вариант перевода наших ТЭЦ на работу жженым мусором — не оптимальный. Они построены под одну задачу, а переделывать их так кардинально — затратно и по финансам, и по временным ресурсам.

Развитие общественного транспорта. В Москве воздух чище, а метро перевозит 9,5 миллионов пассажиров в день, регулярность поездов каждые 1,5 минуты. Когда людям есть на чем передвигаться, они не стоят в пробках на своих автомобилях.

Один из возможных, правда долгосрочных вариантов, — использование солнечной энергии.

Не сильно работает вариант и с электрическими автомобилями. Электроавтомобили нужно будет заряжать, а тогда вырастет нагрузка на электростанции. Так что сейчас, пока станции работают на угле, слишком большого смысла нет. В таком случае выбросы по одной причине поменяются на другие.

Пока одно из решений с автомобилями — улучшение качества топлива и повышение требований к уровню выбросов загрязняющих веществ. В 70-х годах в Лос-Анджелесе была ситуация, схожая с Алматы. Тогда в городе ввели федеральные законы — «Закон о чистом воздухе» и национальные стандарты эмиссии автомобилей, то есть жесткие ограничения по транспорту — машины старше определенного года получали штрафы и людям становилось невыгодно на них ездить. Требования к качеству топлива ужесточили и цена автомобильного топлива выросла в несколько раз. В итоге показатели воздуха улучшились.

Об ответственности и возможности повлиять на ситуацию

Повлиять на загрязнение воздуха можем и мы сами:

Если вы живете в частном доме, нужно понять, сколько вреда вы причиняете себе же, сжигая мусор. Например, мы ездили на Кольсай, где остановились в гостевом домике. Его хозяйка топила баню мусором, собранным за весь день. Так можно сократить себе несколько лет жизни.

Необходимо экономить свет и тепло, массово переходить на регулируемую подачу тепла. Так энергия не будет вырабатываться в пустую при отсутствии необходимости в ней.

Стоит по возможности использовать общественный транспорт. Люди привыкли каждые два метра передвигаться на машине.

Это все капли в море, но необходимо вырабатывать экологическую осознанность, пора привыкать. Старшему поколению, думаю, это объяснять поздно, следует работать с младшим.


Асель Есжанова

архитектор, соучредительница Общественного фонда Urban Forum Kazakhstan


О влиянии строительства на экологию и стандартах

Архитектура — тоже один из ключевых элементов городской экологии. Необходимо чтобы здания проектировались и строились с учетом розы ветров, расположения по отношению к существующей застройке. В прошлом эти условия строго соблюдались.

До 2018 года в Алматы существовал Градостроительный совет, в который входили не столько архитекторы, сколько бизнесмены и девелоперы. Упраздненный Градсовет не выполнял полностью свою функцию — обеспечение общественных слушаний и открытое согласование проектов. При сегодняшнем Управлении городского планирования и урбанистики города Алматы проекты утверждаются за закрытыми дверями. Неизвестно, ставятся ли перед проектами требования с точки зрения направления превалирующих ветров, тепловых выбросов зданий в окружающую среду, строительства на предгорных территориях. Поэтому необходимо вернуть экспертный совет с прозрачным принятием решений, присутствием в нем не только архитекторов и градостроителей, но и экспертов из самых разных сфер — от экологии до транспортной системы. Общественность также должна быть представлена в составе совета.

К сожалению, архитекторы сейчас зачастую вынуждены идти на поводу у инвестора, который в первую очередь мотивирован рынком и получением максимальной площади для продажи. Поэтому нормы по экологизации строительства — лишь дополнение.

Многие урбанисты призывают вернуться к ансамблевой градостроительной застройке, когда здания строятся не как отдельно стоящие объекты, а композиционно вписываются в существующую ткань города. Это делается не только из эстетических соображений, но и для решения вопросов инсоляции (уровень облучения солнечными лучами — Прим. ред), проветриваемости, шумового загрязнения.

Как пример неудачной застройки можно привести большой и монолитный Нурлы-Тау, который останавливает поток свежего воздуха с предгорья. В Тастаке было много скандалов с проектом жилого комплекса, который в народе прозвали «Титаник» (за свое внешнее сходство с кораблем — Прим. ред). ЖК получился большим, игнорирующим экологические требования, неуклюжим и максимально негуманным. Все чаще при строительстве новых многоэтажных объектов игнорируются экологические требования.

О позитивном опыте в других странах

Если говорить о постсоветском контексте, то здесь архитектурные институты были тесно связаны между собой и строго контролировались. Это всегда были государственные учреждения. С приходом рыночных условий институты частично упразднились или перешли в новый статусы. Архитектура стала в первую очередь услугой.

В продвинутых странах, несмотря на та то, что рынок стимулирует развитие, сохраняются строгие системы регулирования и контроля застройки, в том числе с учетом экологических параметров. Существуют системы сертификации, оценивающие проекты согласно ряду критериев. К сожалению, у нас эти стандарты еще не введены. Хотя попытки делаются.

Помню, как в Лондонском офисе каждый проект должен был пройти ряд стадий согласования. Мы адаптировали концепции согласно комментариям коллег и жителей районов, в которых планировались застройки. Начиная с самых первых этапов проектирования, использовали специальные программы, чтобы отследить возможные сценарии влияния здания на атмосферу участка, района, города — от тепловыбросов до поведения ветра.

О городах будущего, необходимых решениях и опыте Алматы

Сегодня крупнейшие урбанистические площадки мира заявляют: города 21 века — это города для пешеходов. В Казахстане пока эта концепция не внедряется. Отчасти, такая ситуация объясняется социальным и культурным факторами — люди продолжают перемещаться на машинах. Главная причина — печальное состояние общественного транспорта.

Не могу сказать, что за последние несколько лет стало лучше или хуже. Акимы по-прежнему назначаются, а не избираются. В итоге какой бы аким не был назначен — градоначальник будет принимать решения, руководствуясь личными амбициями и мотивацией, не всегда профессиональная репутация будет приоритетом в работе. Отсутствие подотчетности перед горожанами мешает развитию городов.

С другой стороны, последние пять лет наблюдается рост городского активизма. Простые горожане, не обязательно эксперты, инициируют проекты, вовлекают сообщества и требуют перемен — так администрации городов вынуждены хотя бы имитировать открытость к диалогу.

Сейчас в строительстве все актуальнее становится подход, при котором эксплуатация объекта организована так, что экономится тепло или, наоборот, сохраняется прохладный воздух без больших энергетических затрат, а значит и с учетом экологической повестки. При таком подходе учитывается комплекс условий: расположение здания, толщина стен, использование отделочных материалов, реагирующих на внешние температурные и световые воздействия.

Еще один важный пункт — озеленение городской среды. Эксперты UN Habitat утверждают, что только 50 % городской площади должно быть занято объектами. Остальные 20 % — пешеходные зоны и не менее 30 % — зеленые участки.

В снипах (Строительные нормы и правила — Прим. ред) Казахстана есть требования по озеленению площади застройки. Иногда архитекторы и девелоперы идут на уловки: решение достигается не полноценным сквером или аллеей с деревьями, а через раздробленные участки, которые в сумме и составляют необходимую цифру. Девелоперам важна площадь, которую можно использовать, например, для парковочных мест.

Вариантов и путей улучшений ситуации много, но большая часть населения не может позволить себе при покупке ориентироваться на экологические стандарты или комфорт. Главный критерий — цена. Поэтому, пока страна не станет более экономически развитой и политически активной — мы так и будем находиться в очень зависимой и тяжелой ситуации.